Идею стабильности Узбекистан изначально акцентировал и в своей внешней политике. В геополитическом плане страна занимает сердцевину Центральной Азии, где пересекаются самые разные идеологические влияния и процессы: наибольшую опасность, с точки зрения Ташкента, здесь представляет исламский фундаментализм. Собственно, И.Керимов первым из руководителей СНГ поднял эту тему, и именно по его инициативе в мае 1992 г. в Ташкенте шесть государств Содружества подписали Договор о коллективной безопасности. Тема противодействия исламизации региона, идущей со стороны Таджикистана и Афганистана, с тех пор оставалась основным мотивом внешней политики Узбекистана; одновременно Ташкент выступал главным критиком официального Душанбе в его неспособности урегулировать ситуацию в Таджикистане, как она развивалась в 1992 – 1997 гг.
Вообще при всем его стремлении к стабильности – внутренней и внешней – отношения Узбекистана с другими государствами Центральной Азии подчас весьма далеки от добрососедства. Охрана узбекской границы с Таджикистаном, на 70% до сих пор не делимитированной, ведется, например, методом минирования прилегающих участков земли: в ходе «минной войны» между двумя странами, идущей с 1992 г., погибли уже сотни человек. Подспудной напряженности, то и дело выливающейся в открытые противоречия, не лишены узбекско-казахстанские отношения, хотя два государства с 1993 г. и являются партнерами по Центральноазиатскому союзу. Официальный Ташкент изначально не принял евразийской доктрины Н.Назарбаева, а в идеях Таможенного и Евразийского союзов усмотрел угрозу суверенитету Узбекистана: в действительности, как считают наблюдатели, за всем этим стояло нежелание допускать усиления позиций России в Центральной Азии, а также известное «соперничество честолюбий». Но еще больше противоречий за прошедшие 10 лет, в основном геоэкономического характера, накопилось в отношениях между Узбекистаном и Туркменистаном: с большим трудом здесь идет урегулирование вопросов о порядке разработки пограничных нефтегазоконденсатных месторождений и определения принадлежности целого ряда водохозяйственных объектов.